В.Гонтарева: «Европейский кризис не будет таким глубоким, как американский»

Председатель совета директоров группы компаний «Инвестиционный капитал Украина» Валерия Гонтарева рассказала РБК-Украина о своем видении будущего украинских долговых инструментов, о перспективах возобновления сотрудничества с МВФ и о второй волне финансового кризиса.

РБК-Украина: Какие тенденции являются определяющими сейчас на фондовом рынке Украины?

Валерия Гонтарева: За последние четыре недели мы видели, как более 1 миллиарда гривен нерезидентских денег вышли из государственных бумаг. Это можно увидеть в статистике, которую дает НБУ — портфель нерезидентов уменьшился на 1 162 млн грн. Нерезиденты не просто выходят в гривну для ожидания каких-то более интересных возможностей, например покупки НДС-облигаций. Они эти деньги репатриируют.

РБК-Украина: То есть, в покупке НДС-облигаций будут задействованы в основном местные инвесторы?

В.Г.: Я бы не стала бояться того, что нерезиденты уходят навсегда. Однако, у нас есть несколько сдерживающим моментов для свободного притока денег на рынке капитала. Например, тот же платеж в размере 0,5% от суммы покупки валюты в Пенсионный фонд. Но, надеюсь, что озвученные ранее декларации правительства будут не просто декларациями, и мы с 1 июля этот налог больше не увидим.

РБК-Украина: Массовый уход западных денег связан с проблемами в зоне евро?

В.Г.: Тут две причины, однозначно, — внешняя и внутренняя. Первая и, наверное, самая глобальная связана с тем, что происходит сейчас на европейском рынке. Ведь все активные игроки на украинском рынке ОВГЗ — это в основном нерезиденты, крупные европейские банки.

Ситуация в Европе — это настоящий финансовый кризис. И тот пакет мер, который принят, вряд ли сможет что-то существенно поменять. Вот, например, не так давно крупнейшие европейские банки разместили депозит в ЕЦБ на уровне 320 млрд долл., побили все рекорды по размещению денег банками в центральном банке за одну ночь. При этом центральный банк платит ставку 0,25%, что меньше межбанковской ставки, и банки получат в результате значительно меньше дохода, чем они бы могли получить, разместив эти деньги на рынке.

Эта ситуация полностью напоминает 2008 г. — Lehman Brothers обанкротился, после чего все банки, боясь что начнется кризис банковской системы, перестали размещать деньги друг у друга и начали размещать их в центральных банках. То, что сделали европейские банки — это один из таких существенных показателей, который нам говорит о том, что они опасаются своего европейского кризиса. Поэтому считать, что при этом они будут находиться в украинском инструменте и в любом другом инструменте фондового рынка в любой стране — это, пожалуй, очень оптимистично.

РБК-Украина: Какие внутренние причины?

В.Г.: Все ожидали, что Международный валютный фонд выделит Украине кредит. Более того, все наши прогнозы основывались на том, что почти 10 млрд долл. бюджетного дефицита будут покрыты в основном за счет кредита МВФ. Миллиардов шесть долларов за счет денег МВФ, плюс еще будет заимствование Всемирного банка и Европейского банка реконструкции и развития, после чего уже активный выход на рынок — в размере от 1 до 1,5 млрд долл. Соответственно, мы хорошо покрывали не только дефицит бюджета, но и наш платежный баланс, потому что в страну заходили деньги в валюте.

Но пока мы имеем негативный фон — у нас нет денег МВФ, у нас непонятно как будет финансироваться дефицит бюджета, и, следовательно, существует неопределенность по поводу будущего гривны. И все это, естественно, создает более нервную ситуацию. Если мы посмотрим, что месяц назад NDF гривны стояли через год на уровне 8,25, то теперь они стоят где-то на уровне 8,68. И это говорит, однозначно, о девальвационных ожиданиях. А если есть такие ожидания, то находиться в гривневом инструменте начинает быть опасно.

РБК-Украина: Как это все отражается на рынке долговых инструментов?

В.Г.: Естественно, выход нерезидентов начинает двигать рынок. Если мы раньше стояли по трехгодичным бумагам где-то на уровне 13-14%, то неделю назад сдвинулись на уровень 15-16%. И в дальнейшем, если увеличатся объемы, а рынок придет в насыщение, кривая будет двигаться на 17-18%.

РБК-Украина: Ваш прогноз по размещению НДС-облигаций.

В.Г.: Месяц назад мы давали наш прогноз и говорили, что рынок НДС-облигаций будет торговаться на уровне 18-20% изначально, а дальше будет идти на уровень 14-15% как обычного инструмента, по мере того, как рынок будет их абсорбировать. Особенно, если их не будут выпускать массово — одним траншем. Теперь мы видим, что этот прогноз был, мягко говоря, оптимистичным. Ситуация на рынке меняется, и, скорее всего, сегодняшние ОВГЗ без того, что у нас с вами произойдет массированный выпуск НДС-облигаций, мы уже будем видеть на уровне где-то 17-18%. Само собой НДС-облигации будут изначально торговаться выше. Уровень, на котором мы ожидаем интерес инвесторов к этому инструменту — это 22-23%.

РБК-Украина: Насколько быстро рынок может абсорбировать НДС-облигации на 20 млрд грн?

В.Г.: Вопрос: как быстро они будут поступать на рынок и насколько банки согласятся под этот инструмент кредитовать, насколько в банковской системе будет ликвидность для этого? Вы же понимаете, тут есть большая вероятность включения вечного двигателя: экспортер получает возврат НДС, идет в банк, банк дает ему кредит, сам при этом идет в Национальный банк и рефинансируется — это ведь государственная бумага, почему бы ее не рефинансировать. Но эта цепочка ведет в одну сторону — к эмиссии.

И мы это должны понимать, насколько это необходимо. Если мы работаем с МВФ — я не боюсь, потому что тогда монетарные показатели будут четко регулироваться. Если же мы этой программы не делаем, возникает вопрос: насколько у правительства хватит выдержки и понимания? Просто так печатать деньги — это путь в никуда.

РБК-Украина: Доходность этих облигаций на уровне 22-23% может вызвать интерес у западных инвесторов?

В.Г.: Мы услышали новую программу реформ. Как только мы поймем, что это не декларации, а реальные действия, как только это поймет весь остальной мир, то ситуация может начать меняться. Доходность 22-23% при стабильной ситуации сразу вызовет большой интерес. И деньги, так же быстро как они выходили, начнут заходить. Опять же, подразумевая, что в Европе сейчас не развернется глобальный банковский кризис.

РБК-Украина: Насколько глубоким может быть кризис в Европе?

В.Г.: Мы не ожидаем, что в Европе будет такой глобальный кризис, как в Америке. Мы не ожидаем таких же последствий, таких же грандиозных падений, которые были на фондовом рынке в 2008 г. Ведь тогда вообще украинские евробонды торговались на уровне 30% от своей номинальной стоимости, наверное, только ленивый не мог заработать на этом. Хотя и однозначно ничто в стране не говорило о том, что это справедливая стоимость.

Почему так происходило тогда? Во время паники весь мир находился в очень глубоком leverage — под какие-то активы были взяты кредиты, и когда этот leverage банки начали закрывать — всем пришлось принудительно продавать активы. А на рынке, если кто-то начинаете продавать не в соответствии с рыночными тенденциями, а принудительно быстро, чтобы выйти из той или иной позиции — цены начинают быть просто неадекватными ситуации, в которой вы находитесь.

Ничего подобного сейчас мы не ожидаем, потому что делевередж уже произошел тогда. И после выхода из кризиса на фондовых рынках, даже с учетом разговоров об очередном надувшемся большом пузыре, такого глубокого падения не будет. Потому что и банки, и первичные брокеры всех фондов уже подходили более осторожно, и подобных левереджей, которые сложились до кризиса 2008 г., просто не было.

В связи с этим, мы не ожидаем какого-то такого кардинального падения рынка. Да, это коррекция, но не падение. Украинские евробонды торгуются до сих пор на довольно приемлемом уровне, приемлемом даже для выхода Минфина. Адекватно ли это ситуации в госбюджете? Нет, этот риск должен переоцениться — и доходность, на наш взгляд, должна повыситься.

РБК-Украина: Если считать процессы, которые сейчас происходят в Европе, второй волной кризиса

В.Г.: Это однозначно вторая волна кризиса. Вопрос глубины второй волны. Если все рисуют букву W — сначала упали глубоко, потом взлетели, потом снова упали, я придерживаюсь мнения, что это будет W, но со второй меньшей ногой.

РБК-Украина: … возникает вопрос: сколько еще таких волн кризиса может быть?

В.Г.: Может это будет и дальше продолжаться. Этого сейчас никто не может сказать. Но ожидается, что это падение будет меньшим, чем во время первой волны.

РБК-Украина: Есть мнение, что третья волна должна прийти из Азиатско-Тихоокеанского региона. Как Вы это можете прокомментировать?

В.Г.: Все проблемы и дисбалансы, которые сейчас есть в мире, очень глобальны. Сначала они вылились в американский кризис, теперь они переходят в европейский кризис. С учетом уровня глобализации, я не удивлюсь, если они будут переходить куда-то дальше. Вспомните, когда только начиналась первая волна кризиса, многие аналитики говорили, что развивающиеся рынки это не затронет — и что в результате получилось? Еще как затронуло.

В глобальном мире говорить о том, что что-то нас не затронет, пройдет мимо, и вообще будет не про нас — это неправда. Тем более, мы очень открытая экономика, экспортно-ориентированная экономика, мы очень зависим от цен на коммодитис, на металл. Вот тут отличная корреляция видна: цены за последние несколько месяцев упали на 15-17% — и тут же начали падать объемы производства.

РБК-Украина: Возвращаясь к дефициту бюджета. Какие могут быть варианты его покрытия, если не будет кредита МВФ?

В.Г.: Есть два варианта — финансировать или не финансировать его, а жить по средствам, которые есть в наличии, и просто не выполнять программу. Но у нас есть много защищенных статей, которые правительство обязано выполнять, хотя бы минимально. Тут есть возможность повысить собираемость налогов, исключительно за счет минимизации серого сектора.

Думаю, что если идти правильно, реформаторским путем, то эта цель будет достигнута. Если идти в правильном направлении, даже учитывая то, что у нас кризис, можно увеличить количество поступлений. Но для этого надо реформировать налоговую систему, судебную систему, и обеспечить защиту прав кредиторов, инвесторов, и т.д. Без этого я не знаю, куда мы дальше дойдем.

РБК-Украина: Как вы считаете, даст МВФ кредит или нет?

В.Г.: В свете последних озвученных реформ, мы все ближе и ближе продвигаемся к тому, что он будет. Надо только от деклараций перейти к реальным шагам. У нас впервые появилась такая хорошая, правильная и целостная программа. Вопрос один: расставьте даты! Если мы будет двигаться в рамках этой программы, то кредит МВФ у нас будет.

РБК-Украина: Недавно мы видели ряд успешных размещений корпоративных евробондов — ДТЭК, «Метинвест». Какие еще компании в этом году могут привлечь деньги путем размещения долговых инструментов на европейском рынке?

В.Г.: Что тут сказать. Молодцы и «Метинвест», и ДТЭК. Успели. Это даже не окно открылось, это открылась маленькая форточка. Они в нее быстро пролезли — и хорошо разместились. Уже при размещении «Метинвеста» рынки начинали себя плохо вести, и были некоторые сомнения. ДТЭК разместился по 9,95%, а «Метинвесту» пришлось уже по 10,5% размещаться. При том, что это бизнес одного акционера, и все показатели вполне сопоставимы. Мы должны были увидеть приблизительно одну и ту же цену. И на самом деле, сейчас, на вторичном рынке она и выровнялась. Кто еще успел… МХП доразместился, и еще «Укрэксимбанк». И все, форточка захлопнулась.

Мы видели, что собирались на рынки уже выходить и украинские банки. Приватбанк, в частности, заявлял. Но, к сожалению, они не успели. Поэтому, вопрос выхода следующих эмитентов очень интересен. Для чего банкирам надо привлекать деньги — или для рефинансирования каких-то предыдущих долгов, или для активного кредитования. Насколько они готовы к активному кредитованию? Где тот клиент, которому не страшно дать денег? Наверное, массового выхода от банков я бы не ждала, потому что пока нет особой необходимости. Но, наверное, многие уже начинали готовиться — абсорбировали какие-то убытки предыдущих лет, расчистили свои кредитные портфели. Но форточка закрылась.

РБК-Украина: И когда она может открыться снова?

В.Г.: Летом точно нет — это сезон когда даже окна нет. Июль-август — никаких размещений никогда нет. Поэтому будем смотреть. Возможно, сентябрь-октябрь. Украинский риск играет важную роль, но все же определяющей будет ситуация на международных рынках. А никто сегодня не знает, какая там будет ситуация. Пока мы видим, что европейский кризис не утихает. Но надежда умирает последней.

rbc.ua

No comments.

Leave a Reply

You must be logged in to post a comment.