Банкир Владимир Хлывнюк — Мистер «ФиК»

chlyvnujk_b_bigПроцесс рекапитализации украинских банков показал, что самым «требовательным» в вопросе передачи акций государству оказался банк «Финансы и Кредит». Нуждаясь в дополнительном капитале, его собственники не смогли уступить контроль над финучреждением государству. О том, почему банк отказался от финансирования и какими будут его результаты в этом году, рассказывает председатель правления банка «Финансы и Кредит » Владимир Хлывнюк.

Одно из любимых пожеланий Владимира Хлывнюка себе и своим подчиненным заключается в том, что, увидев проблему, нужно как бы взлететь над ней, полетать, приземлиться, после чего становится понятно, как ее решать. Судя по всему, менеджмент банка «Финансы и Кредит» уже на заключительном этапе этого «полета». После нескольких месяцев переговоров с правительством на прошлой неделе финучреждение заявило о своем отказе от рекапитализации за счет государства. Напомним, в обмен на государственные средства обязательным требованием была передача правительству пакета акций в размере 75%+1 акция, но даже с поблажкой для банка «Финансы и Кредит» в виде обязательной передачи пакета 60%+1 акция собственнику банка Константину Жеваго такой сценарий пришелся не по душе. Какова будет дальнейшая политика финучреждения в разрезе привлечения средств, решит собрание акционеров. «В ближайшее время мы проведем новое собрание акционеров. Я не хотел бы его предвосхищать и делать какие-то преждевременные комментарии. Но общая ситуация такова, что финансово-экономические тенденции значительно изменились, и мы сегодня имеем устойчивую позитивную динамику роста. Вопрос рекапитализации уже не столь актуален для банка», — убеждает Владимир Хлывнюк.

Банкир объясняет неудовлетворенность предложенными вариантами рекапитализации несколькими основными причинами. «Во-первых, в нашей стране сам термин «рекапитализация» превратился практически в эквивалент банкротства. Немалая заслуга в этом и нашей прессы. Это создает не очень хороший фон для деятельности украинских банков , дезинформирует рядовых клиентов. Ведь не стало же катастрофой вхождение государства в капитал таких банков, как Citi, The Royal Bank of Scotland и многих других крупнейших банковских учреждений мира», — приводит пример г-н Хлывнюк. Во-вторых, по словам банкира, мы имеем западный опыт, который можно и нужно грамотно адаптировать в наших реалиях. К примеру, в США и Европе государство входит в капитал финансовых учреждений привилегированными акциями. Затем невыкупленные привилегированные акции через три-пять лет превращаются в простые.

По сути, в течение трех-пяти лет происходит то, что в украинском варианте рекапитализации предлагается сделать первым шагом. Однако если выкуп простых акций является первым шагом государства, то, естественно, собственников интересует вопрос, каким образом они смогут выкупить эти акции обратно, и вопрос относительно полномочий государства в рекапитализованных банках. Ведь при таких процентных соотношениях в структуре капитала можно принимать решения и без «старых» акционеров. «Исходя из посыла, что конечная цель рекапитализации — не национализация, а помощь негосударственным банкам в стабильной работе, я не считаю предложенный вариант рекапитализации достаточно сбалансированным для всех участвующих сторон. Если не учитывать мнение «старых» акционеров, то и сам процесс сложно назвать рекапитализацией. И таких моментов очень много. Я думаю, что государством избран не самый лучший и удачный вариант рекапитализации, начиная от перечня банков и заканчивая алгоритмом выделения средств», — резюмирует глава банка «Финансы и Кредит».

Узнать о тонкостях деятельности и планах одного из крупнейших банков страны оказалось непростой задачей. Во время интервью Владимир Хлывнюк был максимально лаконичен в ответах. Этим объясняется нежелание посвящать в тонкости переговоров с кредиторами банка и своего сотрудничества с куратором в банке от НБУ . Несмотря на кризис, желание работать в банковской сфере у него не пропало, а позитивные тенденции в промышленности позволяют предполагать, что скоро банк вернется к прежней активной деятельности. И выиграют те финучреждения, которые за последние несколько лет, даже взяв курс на «универсальность», так и не успели стать полностью универсальными. О работе банка «Финансы и Кредит» в период кризиса и дальнейших результатах украинского банковского сектора мы беседуем с Владимиром Хлывнюком.

Когда вы поняли, что банку «Финансы и Кредит» необходимо увеличение капитала?

В феврале этого года, когда мы просчитали пессимистический прогноз по начислению резервов под выданные кредиты. Однако, учитывая то, что 70% кредитного портфеля банка — это кредиты промышленным предприятиям, причем экспортоориентированным и импортозамещающим, а также то, что достигнутый курс доллар/гривня стимулировал их, пессимистический прогноз не состоялся. И вообще — промышленность рано или поздно восстановится, ведь, судя по тому, что металлургия и горнорудный комплекс начали работать, Украина, наконец, достигла дна. Вопрос в том, что цены упали до уровня 2002 года. Но это и есть те цены, по которым мы жили, не получая сумасшедших зарплат и не ведя затратной деятельности.

А чему вас научил кризис?

Кризис заставил всерьез задуматься над теорией рисков, которая и создавалась на основе изучения таких кризисов, однако спустя какое-то время выводы подобных теорий забываются. Кстати, если бы теорию рисков применяли не только мы, но и те, кто нас учил кредитовать, то все было бы по-другому. Кризис показал, что мы не научились работать так, как нас оплачивали (и не только банкиров), и что любую проблему надо решать в зародыше. Без претензий на оригинальность мысли, но если бы реакция на американский ипотечный кризис была более жесткой еще в конце 2007 года, наверное, таких масштабов мировой рецессии мы бы не имели.

Как вы полагаете, украинские масштабы кризиса — это проявление глобальных проблем или все же результат рейдерских атак на некоторые банки осенью прошлого года?

Ситуация с Проминвестбанком просто стала катализатором негативных процессов в Украине, которые уже вовсю ощущались мировым сообществом. В тот момент я был в Москве, мне перезвонили и рассказали, что происходит с отделениями и банкоматами Проминвестбанка в Донецке. Стало понятно, что будет цепная реакция. И в этом процессе СМИ сыграли не самую лучшую роль. Все банкиры без исключения столкнулись с ситуацией, когда востребованной информацией оказывалась лишь информация о банках, содержащая негатив, и это только нагнетало общую ситуацию. Вследствие этого я даже перестал читать многие издания.

Вы считаете правильным решение менять руководство финучреждений в момент кризиса?

Здесь не может быть однозначного ответа. Новый человек — это всегда хорошо, если он лучше старого. С одной стороны, такие встряски нужны, а с другой — коней на переправе не меняют. Во многих случаях осуществляемые кадровые изменения на уровне топ-менеджмента ведут к тому, что все, что было до этого в банке, очерняется, и жизнь финучреждения начинается с «чистого листа». С моей точки зрения, это не всегда хорошо для банка и его клиентов.

На какой стадии сейчас переговоры о реструктуризации долгов?

Переговоры продолжаются, уже назначена презентация нового плана реструктуризации, в котором будут предоставлены аргументы того, что банк хочет и будет погашать свои займы. Кроме того, и акционеры готовы предоставить некоторые гарантии возвратов. Сегодня для любого кредитора важно не только то, когда ему отдадут деньги, но и готовность отдать их вообще. В данном случае я это говорю не только как заемщик, но и как кредитор на многие миллиарды гривен. Очень важен диалог и понимание того, что люди хотят отдать кредит, а не воспользоваться какими-то решениями Верховной Рады. Получается, что нас упрекают за невозможность в срок выполнить все обязательства. При этом обязательства перед банками можно не выполнять, и это считается нормальным.

Вы сейчас говорите о еще неподписанном президентом законопроекте №3459-1 о моратории на отчуждение жилой недвижимости?

Я не думаю, что данный законопроект будет подписан. Ведь президент — профессиональный банкир, и он просто не может это подписать. Я также не понимаю позицию нашего парламента и того, каким образом можно придать статус легитимности тезису о том, что долги отдают только трусы.

Но собственник банка и одноименной группы «Финансы и Кредит» Константин Жеваго является членом той фракции в ВРУ, которая не только проголосовала в полном составе за данный законопроект, но и являлась его инициатором… Почему тогда вы считаете, что президент может не подписать законопроект?

Мнение фракции меня интересует в меньшей степени. Я считаю, что с точки зрения нравственных посылов обществу такого делать просто нельзя. Почему я уверен в ветировании законопроекта? Одно дело, когда президенту кто-то советует и можно с этими советами соглашаться или нет, а совсем другое, когда у президента сформирована четкая позиция и здесь ему не нужны советчики.

Кризис в банковской системе уже достиг своего дна?

Достиг. По-моему, мы уже привыкли жить в кризисе. Но, естественно, фактор непрогнозируемой политики может все изменить.

Как вы оцениваете качество действий НБУ?

Я бы сказал старой поговоркой: хорошо быть умным, как моя жена потом. Если же серьезно, то инфляция и курсовая политика, которые мы сегодня видим, в наибольшей степени отражают баланс интересов украинской экономики. Это моя оценка. И именно этот курс позволил ей ожить. Это очень сложный вопрос — идти по пути шоковой терапии или, к примеру, по пути Великобритании, которая осуществила эмиссию. Мое мнение: Украине нужна эмиссия . Это хоть и приведет к инфляции , но позволит восстановить экономику. Конечно, есть и противоположные мнения.

В отличие от многих банковских учреждений, банк «Финансы и Кредит» вышел в плюс по финансовым результатам первого квартала. Удастся ли удержать положительную динамику?

Дело в том, что мы показывали убытки в прошлом году, чего не делали другие банки . Тогда это оценивалось очень негативно, а сегодня это характерно для многих финучреждений. Надеяться на положительные результаты по итогам первого полугодия еще рано. Убытки еще будут. И чем дальше, тем больше. Для банковской системы это миллиарды гривен. Ведь убытки в первую очередь формируются резервами. А резервы еще будут доначисляться. И они явно превышают ту прибыль, которую банк сегодня получает.

По итогам года ситуация будет аналогичной?

До конца года мы не ожидаем возобновления кредитования, поэтому будем сворачивать портфель активов до тех пор, пока не поймем, что приток пассивов стал устойчивым явлением. Вместе с тем мы сейчас активно работаем над проектом интернет-банка, на что тратили значительные ресурсы. Аналогов в Украине не будет, что даст нашему банку много дополнительных плюсов.

Вы считаете, сейчас удачное время для подобных инвестиций?

Дело в том, что после кризиса выиграет тот, кто сделал определенные заделы. Будет очень интересно наблюдать, ведь ставку на кредитование в ближайшие несколько лет вряд ли кто-то решится сделать. И перед многими банками встанет вопрос, на чем зарабатывать.

На чем банк сегодня зарабатывает? Изменилась ли структура доходов?

Комиссионных доходов стало намного меньше в связи с уменьшением объемов экспортно-импортных операций — операций с валютой, предоставления гарантий и аккредитивов, услуг населению. Если говорить об этом в цифрах, то комиссионные доходы уменьшились на 30-40%.

Как сократились расходы?

Мы сократили порядка 80 отделений и вынуждены были уволить около 20% сотрудников. Все расходные статьи были минимизированы, что немаловажно. Ведь в валовых расходах банка 80% составляют затраты на заработную плату, аренду помещений, телекоммуникации. Для действующих сотрудников заработная плата была уменьшена за счет четкого регулирования выплаты премий. Если ранее это была незыблемая часть зарплаты, то сейчас понятие премии соответствует смыслу этого понятия.

Некоторые компании заявляют, что готовятся к публичным размещениям даже в кризис. Для банка «Финансы и Кредит» вопрос IPO еще актуален?

Конечно, нет. По моему глубокому убеждению, финансовый сектор раньше пяти лет интереса для институциональных инвесторов представлять не будет. В реальном секторе этот срок будет меньше. Говорят, что после Великой депрессии даже к банкирам еще длительное время отношение было прохладным.

Вы сегодня ощущаете это на себе?

Нет, я не ощущаю. У нас в стране все иначе.

ИнвестГазета

No comments.

Leave a Reply

You must be logged in to post a comment.